50 и одно дыхание легче - Лина Мур

— Роберта выпустили? — Спрашивает он.

Господи, Люк не солгал, раз Ник в данный момент задаёт именно этот вопрос.

— Почему мне не сказали? Почему никто не удосужился позвонить мне и сообщить об этом? — Кричит Ник, запуская пальцы в волосы.

— Я не плачу тебе за то, чтобы ты думала. Я плачу за то, чтобы ты передавала мне все сообщения даже в моё отсутствие!

— Кто и сколько?

Нервно кусаю губу, пока ему отвечают.

— Ты уволена, — Ник завершает звонок.

— Блять! — Ник с силой швыряет мобильный об стену, отчего я испуганно отпрыгиваю, когда он разлетается на кусочки.

— Чёрт возьми, — он падает на диван и сжимает руками голову.

— Николас… что происходит? — Шепчу, опускаясь на колени и отрывая его ладони от головы.

— Роберта выпустили под залог в двести тысяч при условии компенсации моей компании в размере пятисот тысяч. Мне никто не доложил об этом. Никто не сказал. Пока я был занят нашими отношениями, этот ублюдок уже два месяца находится на свободе, — цедит он.

— А кто заплатил за него такие деньги, ведь по идее, на всё его имущество и счета должен был быть наложен арест, нет? — Шепчу я.

— Твоя мать, Мишель. Она заплатила за него и отдала семьсот тысяч, чтобы его выпустили.

Я не знаю, что сказать. Я просто сажусь на свои ноги и замираю, смотря в блестящие безмолвной яростью глаза Ника.

— Сейчас мне следует встать и уйти. Встать и уйти. Оставить тебя, Мишель. Уйти, чтобы никто не причинил тебе вреда из-за меня. Я должен…

— Нет… нет, ты не можешь так поступить со мной, — напугано шепчу я и беру его лицо в руки.

— Нет, это и моя вина. Пусть она будет общей, Ник. Пожалуйста, не бросай меня… не бросай меня, прошу тебя. Останься со мной, и мы всё решим. Мы… мы что-то придумаем. И мы же предупреждены, верно? А если предупреждены, то уже в курсе того, что Роберт и моя мать спелись против нас с тобой. Они этого и хотят, понимаешь? Они спят и видят, как ты бросишь меня. Не бросай меня, прошу тебя… не бросай меня сейчас…

— Крошка, — Ник притягивает меня к себе, а я плачу от страха, хватаясь за его рубашку.

— Прости меня… я обезумел от ревности. Паршивый день был, а теперь ещё и это. Всё наваливается, и я хочу тебя защитить. Я обещал защищать тебя всегда, но без меня у тебя не было бы столько проблем, — шепчет он, целуя меня в волосы и крепче обнимая.

— Они были бы, Николас. Были бы… а без тебя я не смогу. Не бросай меня… не уходи, — немного отодвигаюсь, и Ник вытирает мои слёзы подушечками больших пальцев.

— Не бросай… не бросай меня… я люблю тебя… я не смогу без тебя… ты моя жизнь, Ник. Ты для меня — весь этот чёртов мир… ты… пожалуйста… — одними губами прошу его.

— Мишель, — его губы касаются моих. А я дрожу, вся дрожу от страха из-за того, что он уйдёт, испугается за меня и решит за нас обоих, как будет лучше. Но это не лучше, а намного хуже. Я не хочу быть трусливой, но мне страшно.

Он медленно целует меня, цепляясь за мои сухие губы, а я хватаю его за рубашку, притягивая ближе.

— Не уходи, пожалуйста. Не оставляй меня, — шепчу я.

— Это было бы разумно.

— Для кого? Для тебя? Тебе будет легче без меня? — Смотрю на него затуманенным от слёз взглядом.

— Нет, что ты. Нет, легче точно не будет. Но так я… Мишель, прости. Ты должна понимать, что это теперь очень опасно. Мне придётся посадить свою сестру, а потом заняться твоей матерью и Робертом. А виной всему я и то, что я теперь на слуху, как и мой банковский счёт. Из-за денег, Мишель. Всё только из-за денег, — он гладит пальцами моё лицо.

— Мне плевать, что со всеми ними будет, но ты не можешь бросить меня. Ты не можешь уйти, ты покажешь мне, что не готов бороться за меня, а я готова. Клянусь, Николас, я готова на всё. Буквально на всё, я не хочу больше страдать без тебя. Я не хочу… я не выдержу. Я… я…

— Всё, не плачь. Я запаниковал. Я тоже человек, Мишель. Всего лишь человек, и я боюсь, что тебе причинят боль из-за меня. Не надо. Не плачь. Я здесь, — Николас поднимает меня с пола и сажает на свои колени. Покачивает на них и обнимает, целуя в шею. Так мы и сидим. Я крепко его держу, а он прижимается к моей шее приоткрытыми губами и опаляет своим дыханием кожу, зажигая собой моё сердце. Заставляет биться. Даёт смысл жить.

— И всё же ты такая дурочка у меня, — шепчет он.

— Что? — Недоумённо отстраняюсь от Ника.

— Ночь. Тихий район. Ты наедине с парнем, который не так давно усыпил тебя и отдал в руки Роберта. Дурочка. Ты должна кричать, вопить, орать в такой ситуации, а не стоять и разговаривать в темноте, — заправляет прядь волос за ухо, а я обиженно выпячиваю нижнюю губу.

— Если бы я вопила, то вряд ли бы Люк что-то сказал, — замечаю я.

— Плевать. Обещай мне, что в следующий раз, если произойдёт что-то подобное, то будешь убегать и кричать. Всё что угодно кричи, но никогда не оставайся в темноте одна без меня. Поняла меня, Мишель?

— Да.

— Хорошо. Мне нужно спуститься вниз и попросить Майкла привезти новый телефон. Ты пока приготовь себе что-то поесть, ладно? Ты не ела, я прав? — Николас пересаживает меня на диван.

— Я не хочу есть. Правда, я сейчас настолько перенервничала, что о еде и думать не могу. Посмотри, меня даже трясёт, — выставляю руки, подтверждая свои слова.

— Тогда прими душ или выпей какое-то успокоительное или чай. Я не знаю. Мне надо поговорить с Майклом и с охраной. Теперь у тебя будет охрана, Мишель, и без каких-либо возражений. Ты их не заметишь, но они будут рядом.

— Я не собиралась возражать, но ты можешь позвонить Майклу с моего телефона…

— Нет, мне нужно спуститься вниз. Проветриться. Мне нужно, — Ник мотает головой и, разворачиваясь, направляется по коридору к выходу.

Подскакиваю, понимая, что он уходит. Я не знаю, навсегда ли, но мне страшно отпускать его сейчас. Успеваю схватить за руку и затянуть обратно в квартиру.

— Не уходи. Останься со мной. Просто побудь со мной. Можем молчать. Но не уходи. Тоже не оставайся в темноте без меня, — шепчу я.

— Мишель, — уголок его губ приподнимается в улыбке, и он проводит ладонью по моим волосам.

— Пожалуйста, просто полежи со мной рядом. Полежи и плевать, пусть мир рухнет, а ты будь со мной, — тяну его в спальню.

Он только кивает и разувается, как и я сбрасываю с себя кеды и забираюсь в постель. Ник ложится, а я моментально оказываюсь на его груди, прижимаясь к нему.

— Только не уходи… я боюсь, что завтра не увижу тебя. Не уходи, — мои пальцы сжимают его рубашку, мнут её. И я ни за что не отпущу его.

— Не уйду. Я буду рядом, — обещает он, обнимая меня руками.